Аркхэм. Выразимый отчёт. Джереми Найтон.

Это было тяжело, но интересно. Дьявольски тяжело и самую малость интересно.
Десятилетиями идти к цели и быть в двух шагах от её достижения. В двух ударах сердца от Неё... Да, сестра всегда умела меня развлечь. "Не можешь порадовать - так хотя бы расстрой чем-нибудь" - это, пожалуй, наш общий девиз.

Предыдущее здание, в котором её заперли оказалось, скажем так, повреждено.
В этот раз я был готов сравнять не только больницу, но и город с землёй, а в итоге вообще можно было бы обойтись без убийств. Если бы "кузина" не подвела нас под доминэйт, посулив... впрочем её мы ещё накажем, интересно.

Суетливый муравейник ленивых муравьёв. Ходят-бегают-копошатся. Неинтересно.
Некоторые даже чего-то от меня хотят. Консулы, например, требовали присутствия на утренних собраниях; дальше повышенных интонаций дело не пошло. А жаль.

Безумный рыба-Марш, всучивший-таки мне пациента. Не то хороший актёр, не то вопиющий дилетант от псевдонауки. Я не стал его привязывать к перилам пристани позже, позволил искупаться.

Геката. Полторы секунды я искренне хотел ей помочь, из любопытства. Сложная, интересная, чуточку опасная. Я не стал её брать, отдал Уолтеру. Так стало чуть менее скучно :)

Назойливый Стивен Барроу. Муха смотрелась в муравейнике нелепо и была явно чужой. Он не понимал, что как только стал моим пациентом - перестал быть мне безразличен. Ведь я не мог покинуть эту больницу, не долечив всех своих пациентов.

А их довольно внезапно стало в два раза больше, когда старая подруга София вляпалась в культ. Столетия жизни выхолащивают многое. То, что остаётся - становится крепче алмаза. Я смог бы принести её в жертву, в самом крайнем случае. Но отказать ей в помощи я не мог. И, в отличие от Барроу, её я хотел вылечить, а не избавиться. Я бы справился, но мне не хватило пары дней. Жаль, что она так глупо умерла.

Культов я избегал, как беременных дракониц. Они не могли послужить моей цели, зато могли помешать. Магловоз катился под горку. Мне было всё равно.

Растин. Какой-то там по счёту "единственный друг в колледже". В этот раз, правда, пришлось по-настоящему отучиться в Мэйфлауэре. Хёрт был похож на меня, только ему повезло меньше и семья погибла вся. Наверное, будь мой отец менее решительным, я стал бы таким же, как Растин. Жаль, что ему не повезло. И хорошо, что он так и не завершил своё расследование. Лишняя суета и аресты могли спутать мне карты. А так вся эта беготня была отличным фоном.

Ксавьер пытался запретить мне прикасаться к Дьюберри. Не рассмеяться ему в лицо было тяжело. Ещё тяжелее было не прикончить его, когда я узнал, какую роль он играет последние 50 лет. Его единственного в этой больнице я некоторое время ненавидел. Впрочем, возможно, он сам себя в итоге наказал.

А я делал то, что считал нужным. И когда лечение сестры принесло первые плоды, я оказался уязвим и начал совершать ошибки. Семьдесят лет без неё - слишком долгий срок. Без её рук, без её голоса...
На эмоциональном дисбалансе меня поймали Марш и Мелман, да и вся история с ритуалом требует работы над ошибками. Две фримановских пассии могут заговорить, это нужно исправить.

Всё, что произошло, сейчас неважно. Дьюберри снова со мной, а вместе мы справимся с чем угодно.

Меня зовут Дэррэн Дэйр, вы меня больше не увидите. Прощайте.

                                    Рассылка Ролевой курьер       Фестиваль Челкон