Графиня

"Графиня!
Буду рада видеть тебя в Иствике, приезжай хоть одна, хоть с детьми, если наконец-то соберешься. У меня есть для тебя и новости, и предложения. Буду ждать тебя в первую неделю августа, сообщи, сколько спален подготовить. За отказ сове велено тебя клюнуть, будь осторожна,"
- Адалинда Кристиана Цезария Августина двадцатая графиня фон Цинцендорф ещё с минуту смотрела на неровные острые буквы и с юности знакомый росчерк под ними, затем медленно взяла перо и на том же пергаменте написала только одну цифру - «6».

- Она наверняка поймёт, что Кэролайн и Азалию лучше поселить вместе, а Адалард, Август, Цезарий и Александр не будут жить в общих комнатах, - наставительно приговаривала графиня, отдавая письмо сове, которая смотрела на неё с таким видом, словно силилась понять, заслужила графиня, чтобы её клюнули, или нет.

Адалина пошла к окну, из которого вылетела сова, но на середине комнаты остановилась у большого зеркала в золочёном резном багете.

- Ну что это, - она накрутила седую прядь на палец и заткнула её обратно за невидимку в аккуратно собранных волосах. - Что это? Это время. Они уже такие взрослые, кроме Азалии и Александра, взрослые. Такие красивые, умные. Они обязательно справятся, сделают то, чего я не смогла. Всё не зря, не зря... - повторяя последнюю фразу, с отсутствующим видом графиня подошла к окну, закрыла его и села в кресло.

***
- Госпожа директор, - красивая молодая волшебница с достоинством поклонилась, уронив рыжий локон на лицо, немедленно накрутила его на палец и ловко убрала за гребень. - Позвольте представить мою младшую сестру Азалию, вашу будущую ученицу. И её брата-близнеца Александра Цезаря Августа фон Цинцендорфа, второго этого имени.

- Кэролайн, дорогая, ты стала совсем как мать в твои годы. Только красивее, ты уж прости, графиня, - отвернувшись от бывшей ученицы, крайне пристойного вида дама скорчила крайне неподобающую рожу двадцатой графине фон Цинцендорф.

Адалинда усмехнулась, но тут же, словно испугалась чего-то, нервно пробежала взглядом по лицам своих детей.

- Ну а ты, юная фон Цинцендорф, я уверена, добьёшься не меньших успехов, чем Кэри, - обратилась дама к розовощёкой шестилетке, смотревшей на неё огромными глазами. - Да не слушай ты эти ужасы, что про Татс говорят. Всё это уже двадцать пять лет как бредни.

На аллее перед огромным жёлтым особняком невысокая волшебница в строгом женском фраке и юбке в пол, прихрамывая и опираясь на трость, приветствовала свою подругу и шестерых её детей.

***
- Графиня, а ты хоть замечаешь, как Кэролайн похожа на неё? Есть всё-таки магия имени. Черри-Кэрри.

- Адалард заканчивает колледж уже, он собирается работать в Британском Бюро. Август совсем меня не слушает, ему всё бы мячи бросать...

- Ты меня вообще слышишь?

- Он летал на чемпионат мира, познакомился там с каким-то тренером, никак не хочет понимать, что он граф, он должен работать на благо своего рода...

- Цинцендорф! - волшебница с силой ударила тростью в пол. - Обрати на меня внимание! Я говорю про Кэрри, про нашу Черри-Кэрри! Или ты уже забыла, что всем этим обязана ей? Уже тридцать лет прошло, мы можем о ней говорить.

Графиня, подскочившая на ноги, словно проснувшись от резкого звука, снова упала в кресло и уставилась на свою юбку:

- Тридцать. Кэрри-Черри... Кэрри... - Адалинда всхлипнула.

- Спокойно, дорогая, выпей чаю, - лицо подруги смягчилось. - Мы же имеем на это право.

В ответ Адалинда только улыбнулась каким-то давним воспоминаниям.

***
- Графиня, проснись, тише, тише, - громко шептала подруга, сидя на краю кровати. - Тише, дорогая, тебе приснился кошмар. Это моё упущение.

- Кэролайн! Кэрри! Я виновата, виновата! Заберите меня, меня! - задыхалась Адалинда.

- Успокойся, я больше не допущу твоих кошмаров, это сон.

- Это из-за меня! - графиня выглядела как человек, пришедший в себя после долгого забытья. - Это меня она прятала, она не хотела, чтобы я попала в лечебницу, только она верила в меня! Верила, что меня ещё можно вернуть! - она схватилась за голову, будто пытаясь раздавить её руками.

- Всё прошло, дорогая, всё давно закончилось. Она не винила тебя ни в чём. Зато смотри, какой прекрасной девушкой выросла Кэролайн. О, я всегда гордилась ею. И Черри-Кэрри бы гордилась своей тёзкой. Ты рассказывала ей о Кэрри?

- ...Александр так похож на деда, но в нём нет той жёсткости, я уверена, он станет достойным наследником своего имени. Хорошо, что я сохранила это имя для них. Сыновья уже такие большие, такие серьёзные. Только Август всё о своём квиддиче говорит: снитчи, мётлы, мячи, не понимаю... - взгляд Адалинды снова затуманился, руки бессильно повисли.

- Да-да. Они замечательные парни. Квиддич — это же хорошо. Помнишь, как мы носили нашим ребятам чай и пледы на поле? Ложись спать, графиня, я буду рядом и послежу, чтобы тебе снились только добрые сны, - волшебница приманила кресло, пересела в него и, держа подругу за руку, погрузилась в сон.

***
- Спасибо, Цезарий, я чувствую себя намного лучше, - двадцатая графиня фон Цинцендорф ласково погладила сына по руке и устало улыбнулась. - Знаешь, мне сегодня приснилось, что ты стал главным судьёй, представляешь? Я уверена, что так и будет. А сейчас, будь добр, распорядись, чтобы накрывали к обеду.

Юноша лет пятнадцати, кареглазый и светловолосый, поцеловал мать в щёку, вежливо поклонился её подруге и вышел из комнаты.
- Он очень вырос за эти шесть лет, что ты не приезжала, такой серьёзный молодой человек, - хозяйка дома, тяжело опираясь на трость, подошла к массивному письменному столу и взяла с него лист пергамента. - Адалинда, у меня к тебе есть деловое и дружеское предложение: я хочу, чтобы ты перебралась сюда и начала преподавать. В Татс есть для тебя место. Вот это твой контракт.

- Но я...

- Нет, послушай, даже Цезарию до колледжа осталась всего пара лет. Младшим здесь будет просторнее. Ну на что мне одной эта махина? С вашим домой Кэролайн справится и сама. Она уже почти взрослая волшебница.
Комната погрузилась в тишину. Графиня серьёзно задумалась. Она шевелила губами, что-то припоминая, расправляла складки на юбке, брала и снова ставила на поднос чайную пару. Директриса оставила контракт на кофейном столике рядом с ней, медленно отошла к окну и стала наблюдать за бегающими по садовому лабиринту Азалией и Александром Цезарем Августом фон Цинцендорфом, вторым этого имени.

- Знаешь, наверное, ты права... - раздался тихий голос графини. - Я не должна была запираться у себя. И перемены пойдут нам на пользу. Старшие скорее повзрослеют, род Цинцендорфов снова займёт достойное место. Гадкое отродье гнилого семени! Как смеешь ты предлагать мне что-либо! Скверна у вас в крови! - Адалинда услышала, как кричит чужим голосом, успела понять, что до окна есть несколько шагов, а палочка уже удобно легла в руку. - Кто-то должен очистить вас от грехов...

Удар в грудь. Адалинда задохнулась.

- Империо максима, отдай мне свою волшебную палочку и иди в винный погреб. Ты должен сидеть там, ничего не делая и никому ничего не говоря.

Волшебница убрала две палочки в рукав пиджака, проводила графиню взглядом и опустилась на ковёр рядом с отброшенной тростью.

***
- Хорошо, что ты так быстро пришла, - директриса сидела, уперев лоб в руки, сложенные на трости. - Ты не бросила нас тогда, надеюсь, не оставишь и сейчас.

- Мы семья. Что с Адалиндой?

- Я пока держу её у себя. Нужно собрать всех, кто знал об этом. Вернулся Кристофер Оранж фон Цинцендорф.

Комментарии

Клеопатра аватар

Вот у меня где-то очень глубоко внутри Елизавета Калликанзарос передернула плечами.
Автор молодец, хорошо создал настроение.

Harah аватар

Не очень понятно для тех, кто там не был, мне кажется.

Клеопатра аватар

Специализированный, отчего бы и нет?)

Nagi аватар

вообще не понятно для тех, кто там не был.) но в целом очень атмосферно.

KatrinLuis аватар

Не могу я равнодушно смотреть на представителей этой фамилии. Но фанфик хорош.

хотя действительно для многих будет не понятно