Дверь

Как тихая вода во сне,
Ты выйдешь из реки
И выльешься в мою ладонь,
Затопишь все кругом.

Ты вынесешь со дна реки
Нелегкие слова,
Мои воспоминания
Сплетутся в кружева.

Дверь открылась.
Он вошел и, не поднимая глаз, сел на ближайший стул.

- Чего ты хочешь?
- Я хочу вспомнить.
- Ты готов?
- Да!
- Тогда посмотри мне в глаза.
….
- А теперь слушай.

В тот день звезды спали. Они не стали складываться в замысловатые вариации – им было лень. Они просто светили во всем своем слепом безумии. Предсказания не могли сбыться – они потерялись среди тысяч страниц ненаписанных книг и остались там немыми строками. Предчувствия же просто бессовестно обманули и не оставили даже следа вины… Ты еще слушаешь?

- Да. Продолжай.

Разгоряченные вином и танцами, они вышли из здания. Глотая холодный воздух, они шли через темноту хорошо знакомой дорогой. Еще на подходе они увидели, что Лес изменился. Он сиял тысячей сказочных огней, ждал и манил их так же, как и раньше – сильно, безудержно. И все же по-другому – даря не испытывающую на прочность привычную уже насмешку, но лишь доброе и светлое волшебство. Последнее волшебство в их жизни. Их путь охраняли тени всех тех, кто когда-либо касался этой тайны. Вот они: Моратон, Везервакс, Рутерфорд, Равенскар, Фулер, Фуко, Синклер – сколько их еще здесь?.. Тени сторонились идущих, но тянулись к ним всем своим существом, желая в этот последний и острый момент впитать в себя все мысли и чувства тех, кто был способен их испытывать. Ты помнишь?

- Да. Я помню…

Они вошли в Лес. Ноги сами отмеряли шаги к неизбежному. Разговоры стихли. Они смотрели на мерцающие огни, слушали тихую музыку, которая, казалось, шла из самой глубины души, ловили ртом воздух своего последнего путешествия – жадно и поспешно, словно рыбы на берегу. Им не хватало воздуха, они никак не могли надышаться – ведь это была последняя ночь их жизни, ночь уходящей, утекающей сквозь пальцы сказки… Ты чувствовал это?

- Я до сих пор это чувствую…

Они прошли через Лес. Они пришли. Мост вел ввысь – в небо к обезумевшим звездам. Они подошли к самому краю. Они говорили что-то, кричали, плакали, держали друг друга за руки и клялись – легко давать обещания за секунду до смерти. И вдруг – небо взорвалось огнями! Они стояли у темной воды, смотрели в лицо небу, в глаза рождающимся и тут же умирающим звездам, в сердца друг друга. Они смотрели и уходили – один за другим – тихо и нечаянно, как оброненные в воду спички. Как ваши имена? Где вы теперь? Кто вас помнит?

- Кто?
- Может быть, ты?
- Я?

Он неловко дернулся на стуле. Глаза широко открыты, сердце гулко бьется внутри – так, словно он стоит на самом краю уходящего в небо моста.

- Ты получил, что хотел?
- Да. И нет.
- Чего же еще?
- Что это было?
- Этого не было.
- Ты врешь!
- Оставь деньги на стуле.
- Да… Спасибо.
- Не за что.
- Не правда. Есть за что. Есть.

Он встал. Машинально поправил идеально завязанный узел галстука, провел рукой вдоль факультетского шарфа, словно проверяя, на месте ли он.

Сердце не со мной.
Сердце не с тобой.
Сердце далеко.

Дверь закрылась.