Между молотом и наковальней. Три медведя

- Знаете, парни это у меня в первый раз. Чтоб вот так.

- Не переживай, Стивен, мы же друзья, а значит тебе понравится.

- Ты чего там возишься, Йорки?

- Погодите, я так не могу. Помогите мне снять сумки.

Макфлай занял позицию перед Йорком, Грант зашел сзади.

- Джофф, ремень тоже снимай – он не понадобиться.

- Кожаную мантию оставлю, я к ней привык, - Стивен покачал головой, но возражать не стал.

Джентльмены достали свои инструменты.

- Стоп, Стив. Почему он в блёстках? А ты, Ник, что ты собираешься делать такой огромной штукой?

В гостиной становилось всё горячее, Грант и Макфлай избавились от большей части своей одежды.

- Йорки, не дергайся ты так, я ведь могу и промазать.

- Ну, больно же, больно. Остановитесь!

- Терпи, - Макфлай не замедлил своих движений.

Капля пота сбежала по шее Джоффа вниз по впалой груди, на секунду задержалась и сорвалась вниз.

- Стивен, Стив, зачем тебе кисточка?

- Сейчас увидишь…

- Да! У нас получилось!

- У всех!

***

Гай Тацит Ларош зашел в гостиную Моратона. Аккуратно переступил через разбросанную одежду, посмотрел на отвернувшегося Йозефа. Уставился на трех усталых медведей, что уснули друг на друге, неодобрительно покачал головой.

В центре лежал Николас, слева и справа от него Йорк с Грантом. К галстуку каждого из них был приколот значок старосты Моратона. Чуть поодаль, в углу, стояла небольшая наковальня, лежали инструменты. Один из молоточков почему-то был в блестках.

- Значит, трое, придется преподать им урок. Вспомнить молодость. Три старосты. Наглецы. Они это на всю жизнь запомнят.

Йозеф Моратон начал медленно поворачиваться, порыв ветра закрыл дверь в гостиную. Гай Тацит Ларош только в цилиндре и с палочкой сделал первый шаг к своим «старостам»…